"Эпоха массового притворства". О чём на самом деле спектакль "Утиная охота" в Омской драме?

"Эпоха массового притворства".
О чём на самом деле спектакль
"Утиная охота" в Омской драме?

Как отличить любовь от привычки, а дружбу - от паразитизма? Размышляют актёры Драмтеатра накануне премьеры по пьесе Александра Вампилова.

Похоронный венок от друзей живому товарищу - звучит, как очень жестокая шутка. Но именно такой "подарок" получает главный герой пьесы "Утиная охота" Виктор Зилов. Он жив и здоров, у него есть работа, жена, любовницы, приятели и заветная утиная охота. Вот только есть проблема - Зилов давно потерял себя, он лишь набор ролей: удобный муж, обаятельный любовник, душа компании. Внутри него одна пустота. Он не способен ни любить, ни дружить по-настоящему, а сам лишь только имитирует жизнь. Парадокс же заключается в том, что окружающие вроде как продолжают его любить.

25 сентября на Основной сцене Омского государственного академического театра драмы состоится премьера спектакля "Утиная охота" (16+) в постановке главного режиссёра театра Георгия Цхвиравы. Виктора Зилова сыграет Игорь Костин. В спектакле также заняты Мария Макушева, Мила Знаева, Алина Заулицкая, Наталия Запивохина, Александр Соловьёв, Леонид Калмыков, Егор Уланов и другие артисты театра. Первый раз эта пьеса была поставлена в театре ещё в 2005 году Вячеславом Кокориным. Тогда главную роль исполнил ныне Народный артист России Михаил Окунев.

Вампилов написал "Утиную охоту" больше полувека назад, но вопросы, которые задаёт эта пьеса, сегодня никуда не исчезли. В преддверии премьеры наш корреспондент Дарья Панурова поговорила с артистами Омской драмы о том, почему рядом с человеком, который методично разрушает собственную жизнь, всё равно остаются другие? Что удерживает их - любовь, привычка, надежда или страх одиночества? И можно ли назвать друзьями тех, кто вместо серьёзного разговора присылает тебе венок?

Леонид Калмыков Актёр · роль Саяпина в «Утиной охоте»

«Внутри многих из нас вполне себе зиловские лодка и ружьё»

Эта пьеса не «про советских инженеров и сотрудников ЦБТИ», а про экзистенциальную тоску человеческую, про людей, которые теряют смысл и продолжают делать вид, что всё в порядке. Так или иначе, это может рифмоваться с реальностью многих окружающих. Современный «нормальный» обыватель ходит на нелюбимую работу, врёт и улыбается начальнику, лжёт жене, боится перемен, избегает конфликтов и выбирает комфортное ханжество вместо чего-то честного. Сегодня мы так или иначе живём в эпоху массового притворства, потому что все в социальных сетях счастливы, транслируют «успешный успех» и так далее, все в ресурсе. На самом деле внутри многих из нас вполне себе зиловские лодка и ружьё, в то же время все мы немного Саяпины: улыбаемся тем, кого презираем, и молчим, когда нужно что-то сказать или крикнуть, можем выбрать удобную ложь вместо неудобной правды, предпочитаем не видеть, не слышать, не вмешиваться. «Утиная охота» — это зеркало, в которое смотреться не очень хочется.

А дружба ли вообще это?

Если говорить о Саяпине не как о моём персонаже и называть вещи своими именами, то это не дружба, это скорее форма взаимного удобства. Саяпин — человек осторожный, приспособленный и приспособляемый, он боится любых потрясений, а Зилов для него источник этих потрясений, но безопасный, потому что все риски Зилов берёт на себя. Саяпин покрывает его ложь не из благородства, а из страха: если Зилов разрушит свою семью, карьеру, рухнет маленький мирок, в котором Саяпину комфортно. Он не хочет его спасать, он хочет, чтобы всё оставалось так, как есть, поэтому это не дружба, а паразитизм. Когда Зилов начинает «тонуть» по-настоящему, Саяпин отходит в сторону. Саяпин — это такой, с позволения сказать, ассистент по созданию иллюзии, иллюзии полноценной жизни.